Газета нашего города

Газета нашего города - http://sgpress.ru/
Газета нашего города - http://sgpress.ru/
Газета нашего города - http://sgpress.ru/
Газета нашего города - http://sgpress.ru/
Фото: www.sgpress.ru
В декабре этого года в свет выйдет, страшно сказать, 5000-й номер «Самарской Газеты». С чего начиналась возрожденная «Самарская Газета», вспоминает первый главный редактор издания Сергей Рязанов. В марте 1990 года в Куйбышеве прошли выборы в городской Совет народных депутатов. И уже к лету стало ясно, что новый состав законодательного органа, а особенно его демократическая фракция, ни при каких условиях не получит доступ в партийные и государственные средства массовой информации. А никаких других СМИ тогда практически и не существовало. Те, что уже начинали создаваться, находились в зачаточном состоянии. Например, весь телеканал СКАТ тогда помещался в нескольких комнатушках в здании ПЖДП ( прижелезнодорожный почтамт - Прим. ред .). Попытки получить какую-то публичную трибуну предпринимались. Но после ряда совещаний и встреч с бюро горкома и руководством редакции газеты «Волжская заря», полных пустопорожними дебатами и взаимными претензиями, стало ясно, что на страницах органа Куйбышевского горкома места для выступлений депутатов не найдется. Тогдашний главный редактор «Волжской зари» Николай Сорокин стоял буквально насмерть: не пустим, не отдадим. Тогда на очередной сессии горсовета в августе того же года было принято решение о создании собственного печатного органа. Кто-то из депутатов вспомнил, что до революции у нас выходила замечательная «Самарская газета».


- А кто конкретно?

- Сейчас уже невозможно сказать. Как в анекдоте говорится, «кто-то из толпы». Одно могу точно сказать: это был представитель демократической фракции. Организационной работой занялась комиссия по гласности и средствам массовой информации. Возглавлял ее Николай Скобеев. Он, кстати, и сегодня депутат городской Думы. Ему, конечно, нелегко было. С одной стороны, ортодоксальные коммунисты давили своим консерватизмом, с другой - шумела митинговщина тех, кого потом стали называть демшизой. У каждого было свое представление о вновь создаваемой газете. Подготовительный этап затянулся на два с половиной месяца. Но в этом нет ничего удивительного, по тем временам дело новое было. Это раз. А потом, у горсовета тогда было не очень-то много рычагов власти. Депутаты же фактически шли против вот этой административно-командной системы, которая тогда существовала. Они создавали издание, призванное конкурировать с партийной «Волжской зарей». Естественно, тут сложностей возникала масса. Взять хотя бы типографии. Частных тогда еще не было. Был монополизм жуткий. Только Дом печати. Во главе его стоял тогда, дай ему бог здоровья, Владимир Полуянов, твердокаменный коммунист, который говорил: «Да на порог не пущу!» Ну ничего, потом договорились ( смеется ).

- Что тогда важнее было? Концепция издания или личность главного редактора?

- Решено было начать с выборов главного редактора. Процедура была предельно демократичной. Участвовать мог в принципе любой желающий. Заявки подали 13 претендентов. Каждый разработал концепцию, примерную смету, каждому дали возможность напечатать тиражом несколько сот экземпляров пробный номер. Четыре странички всего, но чтобы можно было составить представление о том, что человек предлагает.

- Серьезные конкуренты были?
- Очень интересная программа была у Виталия Добрусина. Он тогда был уже очень известным в Куйбышеве журналистом. Работал на телевидении и опыт в печатных СМИ имел большой. Он стоял на крайне радикальных демократических позициях: коммунистов за дверь и так далее. Завотделом «Волжской зари» Николай Муратов. Старый газетный зубр. Он занимал компромиссную позицию. Ни нашим, ни вашим. Из Казани приехал Валерий Пранов, сейчас он на пенсии, а до этого работал консультантом в Государственной Думе. В общем, компания собралась очень интересная и серьезная.

- И как проходил отборочный тур?
- Нам устраивали и тренинги со спаррингами, прогоняли через тесты... Особенно запомнился так называемый «миннесотский тест», там больше 800 вопросов. Порой совершенно неожиданных. С таким мы все столкнулись впервые, никто к этому не готовился. И тот вариант теста еще вдобавок был ориентирован сугубо на мужчин. А из нас, из 13 кандидатов, было три женщины. Антонина Верченова, в частности. Сегодня она известный в Самаре издатель. Вот каково им было отвечать на эти мужские фрейдистские вопросы, типа такого, что вы чувствуете, лаская груди любимой женщины. Для девяностого-то года. Краснели, бледнели, давились от смеха. «Увлекательное» было занятие. Преодолели и это.

- И вот по результатам почти трех месяцев мучений...
- В финал вышли трое: я, Добрусин и Муратов. Окончательное решение должна была принять сессия горсовета, которая состоялась 14 ноября 1990 года в большом зале «Белого дома», под председательством Константина Титова. По жребию первым защищать свою программу выпало мне.
После моего выступления выяснилось, что с регламентом депутаты еще не определились. Как голосовать? После каждого кандидата или после всех трех докладов?
И вот президиум в составе Константина Титова и его заместителя Александра Иванова, он потом долгое время возглавлял комитет по управлению имуществом, на живую нитку и строил все это заседание. А зал очень бурный - 146 депутатов тогда заседали в горсовете: ну как же, судьба газеты решалась. Все было очень напряженно. Но все-таки договорились, что после каждого выступающего будет голосование, но голосование, на этом настояла демократическая фракция, рейтинговое. То есть каждый депутат мог голосовать несколько раз.
В итоге за меня проголосовало 119 депутатов из примерно 130 присутствовавших. Я было обрадовался, но тут товарищи-демократы начали бузить. Заявили, что прерывают заседание. Их не устраивает рейтинговое голосование, и они собираются обсудить свои дальнейшие действия. Им сказали: ребята, но зачем вы правила-то по ходу игры начинаете менять? Вы же сами только что проголосовали «за». В общем, все это, мягко говоря, дискуссионно проходило. Добрусин и Муратов, выступавшие следом, результат в 119 голосов перебить не смогли. Пятичасовой марафон закончился. Титов вызвал меня на сцену и вручил свидетельство, напечатанное чуть ли не на крафт-бумаге (применяемая для упаковки очень прочная оберточная бумага), о том, что я с сегодняшнего дня являюсь главным редактором «Самарской Газеты».

- Долго почивать на лаврах, как я понимаю, не пришлось?
- Да. После всех этих волнений принимаю в кулуарах поздравления. Друзья, сторонники из депутатов, кстати, спасибо за джентльменский поступок Добрусину, после всей этой нервотрепки он тоже поздравил меня с победой. И тут подходит Александр Бахмуров, который долгое время руководил областным управлением федеральной налоговой службы. Тогда он возглавлял контрольный комитет горсовета и комиссию по этике. Подходит и говорит: «Сережа, ну ты попал! Денег у тебя нет, они просто не заложены, и не знаю, успеем ли заложить их в бюджет следующего года. Помещения у тебя нет, команды у тебя нет. Что сказать? Поздравляю!» ( смеется )

- И вот выходите вы из «Белого дома» с этой бумагой и... что?
- И все! ( смеется ). Начиналось все очень весело. Это была эпоха бури и натиска, по-другому не скажешь. 14 ноября 1990-го на сессии горсовета меня выбрали главным редактором. Денег нет, команды нет, помещения нет - можешь начинать! Команда собиралась в течение двух-трех месяцев. Искали помещение. Все это время скитались по полуподвальным комнаткам: то в Ленинском райкоме партии, то еще где-нибудь. Стол, пять-шесть стульев - вот и вся обстановка. Но я могу похвастаться тем, что в 1991-м мы были первой редакцией, которая купила редакционно-издательский комплекс - тогда это так называлось. 480-е «эйтишки», струйные принтеры и прочие чудеса машинерии... Через месяц после нас такой купили «Самарские известия», потом появилась подобная техника у «Коммуны». В общем, процесс пошел.

- А как до этого делались газеты?
- До этого рисовались макеты полос на крафт-бумаге, плотненькой, форматом A3. Набивка полос на машинке и фотографии - все складывалось в портфельчик, упаковывалось аккуратненько, и курьер по прозвищу Быстроногий олень бежал в Дом печати. Там нас выводили на пленки, потом запускали в машину, начиналась ротация и т.д. Технология бескомпьютерного производства. Более того, в течение 1991-1993 годов нас, под разными предлогами, несколько раз сбрасывали на так называемую высокую печать. Высокая печать - просто тихий ужас! Ленинская «Искра» печаталась по такой технологии. Грязь, мазня, совершенно неразличимые фотографии, ужасающее качество воспроизведения шрифтов... Тексты набираются вручную на линотипах - сидят наборщики, тыкают, как в 19 веке. Я ходил туда специально, смотрел, как это делается.
Огромной удачей для газеты было то, что в начале 1991-го к нам пришел работать коммерческим директором Юрий Борисович Додонов. Хозяйственные и финансовые вопросы он «тащил» целых одиннадцать лет. Имел большие связи и «по вертикали», и «по горизонтали». В эпоху тотального дефицита мог достать все, кроме атомной бомбы. Шутка, конечно...
К концу января 1991 года нас, наконец-то, наделили собственным углом по адресу Подшипниковая, 16. На тот момент в коллективе было уже больше 20 сотрудников. С командой на первых порах мне очень повезло, без этих людей газета просто бы не состоялась. Они подбирались по принципу интуитивного определения профессионализма... Во-первых, целой командой к нам пришла группа хороших молодых журналистов, которые имели за плечами школу «Волжского комсомольца». Кстати, потом они ушли в «Самарские известия», но там у них не сложились отношения со старой гвардией, которая пришла туда из «Волжской коммуны». Две эти группировки за-конфликтовали, и комсомолятам пришлось из «Самарских известий» уйти. A тут новая «Самарская Газета» - кадры нужны. К нам тогда пришли Лида Караулова, Ирина Лукьянова, Сергей Силантьев, Таня Горшкова, Александр Комраков, Лена Золотых - светлые головы и золотые перья, люди, которые потом составили цвет самарской журналистики. Сейчас практически все они работают руководителями тех или иных СМИ. Для «Самарской Газеты» они сделали очень много - молодцы! Ответственным секретарем был Валерий Пра-нов, человек с огромной школой секретарской работы - классической, газетной. Это дефицитная специализация, для которой особого рода талант нужен, и Валерий Георгиевич здесь был на своем месте. Потом подобрались люди для секретариата - Любовь Александровна Грамотенко, Наталья Лившиц, Алексей Разлацкий, Виктор Петров. Сергей Александрович Блинков у нас начинал, и хорошо начинал, - заместителем ответственного секретаря. Но лицом газеты, в буквальном смысле слова, были ее художники и фотокорреспонденты. И я могу гордиться, что мы открыли для самарской прессы и самарского читателя Сергея Валентиновича Кокарева. Это талантище! Не буду рассказывать о его дарованиях в других жанрах изобразительного искусства, но карикатура, шарж -это, как говорится, в нем от Бога! Александр Левитин появился позже, он тоже рисовал для газеты, но работал меньше и стиль у него был совершенно другой. Из фотокоров 90-х самой интересной фигурой был, пожалуй, Владимир Павлович Котмишев - сейчас он работает в «Волжской коммуне». Для «Самарской Газеты» он тоже сделал очень много. Андрей Кривопалов, фотокор во втором поколении, тоже работал с нами. Все эти люди определяли то, что можно назвать видеорядом в газете.

- На скольких полосах издавалась газета?

- Она шла восьмиполосни-ком A3, по субботам выходило 12 полос. Но был еще и пятничный спецвыпуск, который так и назывался - «Пятница». В том смысле, который закладывал в это слово Даниэль Дефо в «Робинзоне Крузо». Пятница - друг человека, оказавшегося в сложных жизненных обстоятельствах. Помощник, спутник, развлекатель и приятель. Кроме общения с читателем, «Пятница» давала нам очень много в смысле финансовой независимости газеты, львиная доля рекламы шла через нее. Это было такое ноу хау, и я удивляюсь, почему до 1991 года никто до этого не додумался. Все просто - недельная телепрограмма, полезно-развлекательное чтиво. «Три богатыря» (о здоровом образе жизни); «Домовой» (всевозможные поделки по дому, даче и т.д.); «Черная кошка» - разного рода криминалка и аномальщина, всегда модная и живая... Кроме того, была сатирическая полоса, которую придумал Вячеслав Чечурин, (честь ему и хвала за эту идею), которая называлась «Серенький козлик» - анекдоты, шутки, побасенки, фельетоны, карикатуры... Рубрика шла на ура. «Адам и Ева» - все о взаимоотношениях полов, в разумных, конечно, пределах, не скатываясь в сомнительную эротику.

- Сколько времени прошло между вашим назначением и выходом первого номера?
- Первый номер мы сделали 6 марта 1991 года. То есть прошло три месяца. Несмотря на экстремальные условия мы торопились его выдать - в подарок женщинам к 8 Марта. И старались шагать в ногу со временем - на первой полосе был не зал заседаний горсовета, а фотография самарской красавицы, которая стала «Вице-мисс России» в 1991 году.
Этот год был,конечно, лихой. Год развала Союза, тотального дефицита, год полной, не постесняюсь сказать, анархии. В Москве - одно, на периферии - другое, в республиках - вообще третье, половина из них уже считали себя независимыми. И вот наступило 19 августа. Путч ГКЧП. Я очень хорошо помню, как начиналось это утро. У нас была единственная редакционная машинка, старенькая «шестерка». За мной в 7:30 утра заехал водитель. Я должен был успеть к 8:00 в горисполком, на    понедельничную утреннюю планерку. Набраться информации, определиться с сюжетами и т.д... Проезжаем через площадь Славы, и я вижу, как по ступенькам «Белого дома» спускается, подпрыгивая и размахивая руками, тогдашний редактор «Волжской зари» Николай Васильевич Сорокин, человек хороший, умный, порядочный, но консервативный до мозга костей. Он уже знал то, чего еще не знали мы. Знал, что ГКЧП, что Горбачев под арестом. Его уже просветили и проинструктировали. Он был редактором партийной газеты, горкомовской, и шел выполнять свои функции, а мы ехали выполнять свои. Приехали в горисполком, сидим на планерке, рядом со мной председатель горсовета Константин Алексеевич Титов. А председатель горисполкома Коновалов, как и подобает хорошему хозяйственнику, нудно, в духе традиций советских чиновников «перетирает» как надо готовить город к зиме. Титов сидел, ерзал, ерзал, а потом вскакивает и говорит: «Чего вы тут про трубы да про ямы, в стране государственный переворот, реагировать надо! Пошли отсюда!» Хватает меня за руку, и мы покидаем планерку. Титов в двух словах объяснил, что происходит в Москве. Бежим в горсовет, поднимаемся на третий этаж, где в холле сидит в креслах вся наша компания записных неформалов-демократов: Марк Солонин, Володя Ненашев... Сидят, что-то обсуждают. Я останавливаюсь и говорю: «Ребята, а чего мы здесь сидим? Надо на заводы идти, на фабрики, в коллективы - народ поднимать. Над всей Испанией безоблачное небо!». Фраза эта, если вы помните, относится к 1936 году, когда в Испании произошел военный переворот под руководством генерала Франко. Это был сигнал к мятежу...

  ИЗ БИОГРАФИИ Роди лся 05.01.1954 в Ивано-Франковской области. В 1977 году закончил исторический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова. Владеет английским и французским языками. В 1977-1982 гг. работал в Гостелерадиокомитете ДАССР. С 1982 по 1990 г. преподавал в Куйбышевском (Самарском) госуниверситете на кафедре всеобщей истории. В 1990-м избран депутатом горсовета. С 1990 по 2001-й - главный редактор «Самарской Газеты». С 2001-го по 2004-й - директор областного гуманитарного фонда «PR-Союз». С 2004-го по 2006-й - зам. главного редактора газеты «Волжская коммуна». С 2004 по 2008 г. - старший преподаватель факультета гуманитарного образования СамГТУ. В настоящее время - преподаватель Самарской государственной областной академии Наяновой (СГОАН), советник ректора.
Член Союза журналистов. Автор научных работ и учебного пособия по теории и практике массовой информации и рекламе.


 

Августовский путч 1991 года стал первым серьезным испытанием для новой прессы

19 августа, уже во второй половине дня, на ряде самарских предприятий проходили импровизированные митинги, на улицах стояли пикеты, организованные демократическими силами. С другой стороны командующий Приволжским военным округом генерал Макашов - одиозная личность, неудавшийся кандидат в президенты. Альберт Михайлович гонял по улицам бронетранспортеры. Около телецентра и в Доме печати были выставлены усиленные офицерские патрули. В печатном цехе ребята в форме и в штатском очень интересовались содержанием завтрашних газет. Все начиналось очень тревожно.
Тархов, тогдашний председатель облсовета и председатель облисполкома - он тогда был един в двух лицах, сказал в присущей ему манере: а пошли вы все! Пусть там Москва разбирается, власть делит, а у меня тут уборка зерновых, подготовка городов к зиме, я буду хозяйственными вопросами заниматься. Но Макашова он к власти не допустил. Во второй половине дня сориентировался и горсовет. На связи с Москвой постоянно сидел Константин Титов и весь его штаб. Никто никаких верноподданнических заявлений в адрес ГКЧП не делал. Наоборот, мне было сказано слушать «Радио России» и внимательно читать то, что будет присылать Министерство печати РСФСР. Нам переправили все заявления Ельцина, и в выпуск на 20 августа мы стали планировать именно эти материалы. Обком партии пачками засылал нам заявления, прокламации, манифесты ГКЧП с настойчивыми рекомендациями печатать. Мы говорили: да-да, конечно-конечно. И я их складывал на дальний край стола.

Наступила ночь с 19-го на 20 августа, самая критическая ночь. Мы в редакции работаем над номером на 20 августа, вдруг появляются один за другим наши корифеи самарской журналистики из «Самарских известий»: Григорий Ривлин, Андрей Федоров, Владислав Князев, Маргарита Жутова и еще ряд товарищей. Отношения у нас были хорошие, но, естественно, возник вопрос: чего это вы среди ночи пожаловали? Вам в своей редакции не сидится?

- Нас там уже всех повязали бы! Мы будем тут у вас подпольно издавать наши «Самарские известия».

В общем, это был цирк и политический карнавал.

- А какие газеты печатали материалы ГКЧП?
- «Волжская коммуна», само собой, потому что орган обкома партии. И «Волжская заря», потому что орган горкома партии. Печатали 20-го и даже 21-го ухитрились вальнуть.
«Самарские известия» не печатали, но у них сорвали один выпуск. Ребята в штатском и в военном, которые стояли патрулями и бдели в Доме печати, сняли номер «Самарских известий», который был запланирован на 20 августа. Был приказ командующего округом: не сметь печатать призывы к неповиновению власти Государственного Комитета по Чрезвычайному Положению! Никто особенно не занимался какой-то дипломатией и не трудился подтверждать легитимность своих действий. Все делалось настолько стихийно и во многих случаях зависело от чисто субъективных факторов и случайностей. Поздно вечером «Самарские известия» сняли с печатной машины, потому что там были материалы о правительстве Ельцина.
С нами получилось по-другому. В редакцию пришли симпатичные товарищи, попросили показать материалы, которые запланированы на 20-е. Я им показал. Они сказали: ну и хорошо. И ушли. Потом из этой пачки мы что-то изъяли, а что-то вложили. Это и ушло в типографию. Там уже не глядя нас поставили на машину. На первой полосе вышло - «ГКЧП
- путчисты!», далее призывы Ельцина и декларации Демократической России.

- Каким был тираж?
- Тираж у нас тогда был небольшой: 15 - 16 тысяч. С этим тиражом в кризисные дни августа мы поступили так: в течение всего 91 года шла промоакция. Для раскрутки газеты мы навербовали мальчишек-девчонок, пошили им жилетики с логотипом «СГ», козырьки типа бейсболочек, сумочки брезентовые. В общем, они у нас работали как paper boy - разносчики газет. Это классика жанра. На нас работало человек 30 - 35, это не так уж и много. Не важно, почем они газету продавали, важно, что эту газету видели: вокзал, автовокзал, ЦУМ «Самара», площадь им. Кирова, площадь Революции. Словом, все людные точки в городе.
Нам эта команда очень пригодилась 20 - 21 августа. Мы их нагрузили максимально. Потому, что из киосков «Союзпечати» газета могла быть изъята. А эти-то уж точно распространят. Мы с коммерческим директором Юрием Борисовичем Додоновым пообещали всем, кто распространит за день более 300 экземпляров премию в размере месячного заработка. Ребята старались. Я своими глазами видел, как они работали. Они кричали на всю улицу: «Самарская Газета»! Самая самарская газета в мире! Только у нас! Информация о событиях в Москве!» И все самое хлесткое из заголовков. Эта система у нас работала все лето. Опыт оказался удачным, промоэффект был очень неплохой. Газету в городе увидели, узнали.

- Ваши действия и поведение редакции газеты во время путча - все это впоследствии вам как-то зачлось?
- Нам это очень зачлось. Получилось так, что мы оказались единственной газетой, которая выходила все эти дни и не напечатала ни единой строчки ГКЧП. 21-го августа была назначена сессия горсовета. У нас опять вышла газета с материалами правительства Ельцина, с выступлением Собчака на ленинградском телевидении и т.д., и т.д. Две пачки мы привезли прямо в зал заседаний горсовета. Раздавали направо-налево. Время уже часов пять вечера, начинаются дебаты - как относиться к ГКЧП, какую позицию занять горсовету. И где-то часов в шесть, в начале седьмого на сцене появляется один из депутатов, Юра Шишелов из демократической фракции, и тащит в руках аудиоколонку. А из этой колонки идет трансляция экстренного сообщения «Радио России»: ГКЧП бежал, власть полностью взята в руки демократическим правительством России, Руцкой настиг членов ГКЧП где-то в районе аэропорта «Внуково». И арестовал.

Самара выразила свое отношение к ГКЧП огромным митингом на площади Славы. Народ не безмолвствовал. Как говорится, хеппи энд: кто-то ликует, кто-то не очень. На этом ГКЧП в Самаре к вечеру 21-го кончился.

А потом был разбор полетов. Сюда приехал начальник Контрольного управления Президента России. Владимир Антонович... (пауза). Вот это провалы в памяти. Друзей юности забываю. Марушадзе... Маринадзе... Вспомню фамилию, пока будем говорить. Короче говоря, он прибыл. И начинает таскать в «Белый дом» одного за другим руководителей наших самарских СМИ: кто как себя вел? И меня заодно.

Махарадзе! Вспомнил фамилию. Я вхожу и вижу: передо мной сидит изрядно изменившийся за 15 лет человек, который был когда-то моим первым редактором. Я начинал свою журналистскую карьеру на телевидении в Дагестане. Он был старшим редактором «молодежки», потом стал главным редактором общественно-политического вещания. А я был просто редактором. Потом он стал главным, а я стал старшим редактором «молодежки». Потом он уехал в Россию. Мы потеряли друг друга. А в 91 году всплыл уже вот в таком интересном качестве. Немая сцена: разглядываем друг друга. Он мне говорит: а у тебя тогда бороды не было. Говорю: а ты тогда таким толстым и лысым не был. В общем, встреча старых друзей. Поговорили. Он нам крепко тогда помог. Я его просил, чтобы особо тут не тиранили и не репрессировали тех же редакторов. Потому что народ все подневольный. Ни для кого это ничем трагичным не кончилось. Самое страшное, что произошло, это редактора «Волжской коммуны» и редактора «Волжской зари» сняли с работы.
Только и всего.

 






 


(Продолжение следует)

Записал Сергей АЛЁШИН


























(Продолжение следует)
Данный материал опубликован на сайте BezFormata 11 января 2019 года,
ниже указана дата, когда материал был опубликован на сайте первоисточника!
 
По теме
В магазине, расположенном в селе Елань Самарской области, индивидуальный предприниматель, в нарушение требований Федерального закона, осуществлял реализацию алкогольной продукции без лицензии.
Как не попасть в кабалу - 63сh.Ru Специалисты Чапаевского межмуниципального центра общественного здоровья и медицинской профилактики ещё раз напомнили молодёжи о здоровом и трезвом образе жизни.
63сh.Ru
Дмитрий Азаров открыл IT- фестиваль 404 - ТРК Скат Сегодня Дмитрий Азаров открыл крупнейший IT-фестиваль 404fest. Это яркое событие на Самарской земле событие отрасли IT, которое организует международная компания Mercury Development, чьи разработки используются во всем мире.
ТРК Скат